РУССКОЕ ЛИТЕРАТУРНОЕ ЭХО
Литературные проекты
Т.О. «LYRA» (ШТУТГАРТ)
Проза
Поэзия
Публицистика
Дар с Земли Обетованной
Драматургия
Спасибо Вам, тренер
Литературоведение
КИММЕРИЯ Максимилиана ВОЛОШИНА
Литературная критика
Новости литературы
Конкурсы, творческие вечера, встречи
100-летие со дня рождения Григория Окуня

Литературные анонсы

Опросы

Работает ли система вопросов?
0% нет не работает
100% работает, но плохо
0% хорошо работает
0% затрудняюсь ответит, не голосовал

Русско-еврейские печатные СМИ в Израиле и причины их заката

«ИЗРАИЛЬ: РУССКИЕ КОРНИ»

Алек Д. Эпштейн*

Пресса на русском языке появилась в Израиле давно – в середине 1950-х годов, но все же существенно позднее, чем можно было бы ожидать, учитывая, насколько большим было количество выходцев из Российской империи в первых волнах сионистской иммиграции в страну. Однако эти люди, именуемые в сионистской историографии халуцим (первопроходцы), редко читали по-русски, их родным языком, как правило, был идиш, который они отвергали (несмотря на все трудности, связанные с уходом от родного языка) во имя иврита – идейно близкого языка борьбы за возрождение национальной государственности. В период британского мандата евреи Палестины/Эрец-Исраэль издавали газеты, в частности, на английском и немецком языках, но на русском периодических изданий не выходило. Во втором томе фундаментальной «Литературной энциклопедии русского зарубежья. 1918–1940», озаглавленном «Периодика и литературные центры» , представлены многочисленные издания, выходившие в Париже и Берлине, Константинополе и Праге, Варшаве и Риге, Белграде и Ревеле (Таллине), Шанхае и Харбине, в других городах, но ни одного, выпускавшегося в Палестине – их просто не было. Парадоксальным образом, первым периодическим изданием на русском языке в Государстве Израиль стал (начиная с 1954 года) «Бюллетень» Землячества выходцев из Китая . Люди, путь которых из России в Израиль лежал через возведенный по императорской воле Николая II Харбин, Китайско-Восточную железную дорогу или вынужденную послереволюционную эмиграцию , стали первыми, кто привнес русский язык в израильское пространство средств массовой коммуникации. В 1959 году на русском начал выходить ежемесячный журнал «Вестник Израиля», а в 1963 году – журнал «Шалом».
Эти периодические издания обозначили два основных вектора, которые определили существование большинства русскоязычных газет и журналов в Израиле до конца 1980-х годов. Часть изданий были, по сути, функциональными многотиражками, издание которых служило доказательством существования тех организаций, от имени которых они выпускались. Другая часть издавалась государственными или окологосударственными структурами (Еврейским агентством, _____________________________________

* Об авторе см. с. 18. наст. книги.


Федерацией профсоюзов, политическими партиями), которые преследовали одну из двух целей, либо обе сразу: во-первых, способствовать культурно-политической аккультурации русскоязычных новых граждан Израиля, и, во-вторых, формировать среди советского еврейства мотивацию к отъезду в «Землю обетованную»; для решения этой задачи была сформирована и русскоязычная редакция радиостанции «Голос Израиля», передачи которой транслировались на территорию СССР, начиная с 1958 года . Обе цели представляют собой, по сути, задачи идеологической индоктринации, такая пресса изначально мобилизована на достижение определенных политических нужд. Израильские оппозиционные партии газет и журналов на русском языке не выпускали, и потому идеологического плюрализма, в достаточно большой мере отличавшего рынок печатных СМИ и в эпоху доминирования МАПАЙ/Партии Труда в политической системе страны , на «русском» газетно-журнальном рынке не было. Это не значит, разумеется, что все публиковавшиеся материалы проходили идеологическую цензуру, однако общее направление статей и обзоров, не только тематически, но и по настрою и манере подачи, не могло отклоняться от курса истеблишмента. Издания такого рода не были экономически рентабельными и содержались именно для того, чтобы служить «коллективными агитаторами и пропагандистами». Вдобавок крайняя ограниченность возможностей трудоустройства русскоязычных гуманитариев в те годы делала работу в русскоязычной газете или журнале очень желанной. В 1970-е годы появились издательство «Библиотека-Алия» и многотомная «Краткая еврейская энциклопедия» , Центр по исследованию и документации восточноевропейского еврейства и Центр по изучению России и Восточной Европы им. Мейрока в Еврейском университете в Иерусалиме (к настоящему времени не сохранился ни один из этих проектов, все они были закрыты), которые также давали работу «на вторых ролях» приехавшим из Советского Союза в Израиль гуманитариям; как и их коллеги в русскоязычных печатных СМИ, они занимались в основном переводом и изданием отобранных местными руководителями книг и статей. Эти публикации преследовали те же цели: в рамках существовавшего идейно-политического консенсуса рассказать «новым израильтянам» о том, как и чем живет страна, гражданами которой они стали, а также побудить как можно большее число советских евреев сделать выбор в пользу эмиграции в Израиль.
До начала массовой волны эмиграции 1990-х годов русскоязычные СМИ заведомо не могли быть рентабельными, даже принимая во внимание очень низкие тарифы оплаты труда, всегда существовавшие в них. Читателей было мало, покупателей – еще меньше, а стоил выходивший три раза в неделю номер газеты «Наша страна» всего четверть доллара. Однако за один лишь 1990-й год русскоязычное население Израиля практически удвоилось, а за 1991–1992 годы – утроилось, причем если иммигранты 1970-х прибывали (и учили иврит) постепенно, то в начале 1990-х в страну приехали многие сотни тысяч людей, в подавляющем большинстве своем совсем не владевших ивритом и нуждавшихся в актуальной информации – не забудем, что в то время не было еще не только Интернета, но даже спутникового и кабельного телевидения. Это создало чрезвычайно благоприятную ситуацию для появления газеты принципиально нового в «русском Израиле» типа, которая бы соответствовала запросам читателей, а не служила рупором тех или иных государственных или окологосударственных органов. Такая газета могла стать первым коммерчески успешным израильским масс-медиа проектом на русском языке. Именно эту задачу и поставил перед коллективом основанной им газеты (ее первый номер вышел 29 марта 1991 года) медиа-магнат Роберт Макс-велл. В качестве главного редактора новой газеты (она получила название «Время») по рекомендации Натана Щаранского был приглашен легендарный диссидент-антисоветчик Эдуард Кузнецов, в 1970 году едва не расстрелянный за попытку угона самолета с целью попасть в Израиль, а в 1983 году уехавший из Израиля, где он не мог найти достойного применения своим талантам, в Германию. Эдуард Кузнецов оставил должность редактора новостного отдела русскоязычного радио «Свобода», чтобы попытаться создать в Израиле лучшую газету на русском языке – и это ему сделать, с моей точки зрения, удалось.
И по содержанию, и по объему, и по уровню привлекаемых авторов газета «Время» (с 1992 года – «Вести») в 1990-е годы не уступала лучшим газетам русской диаспоры, будь то нью-йоркское «Новое русское слово» или парижская «Русская мысль», существенно опережая все другие израильские газеты, выходившие в то время: «Наша страна», «Новости недели» и «Спутник». Понятно, что, учитывая различия в читательских контингентах, в Израиле был нерелевантен формат «Русской мысли», которая, отвечая на запросы «славянофильски» и антисоветски ориентированной европейской русской эмиграции, практически вся была посвящена общественно-политической и культурной жизни России. Вместе с тем, какой бы сионистской ни была мотивация иммигрантов, искавших свое место под солнцем в Израиле, их культурный багаж все равно был почти исключительно российским, а во многом – советским . Издания, выпускаемые государственными институциями и распространяемые зачастую вообще бесплатно, могут игнорировать изначальные пожелания потенциальных читателей, пытаясь навязать им ту интеллектуальную повестку дня, в которой заинтересован их издатель. Однако коммерчески ориентированное издание, не получавшее каких-либо государственных субсидий, подобного курса придерживаться не могло, оно обязано быть чутким и восприимчивым к запросам своих читателей. Газете «Время»/«Вести» удалось найти некую «золотую середину» между форматом газеты русской диаспоры и форматом израильской газеты, выходившей на русском языке в прямом или опосредованном переводе с иврита. Как указывала Нелли Элиас, «для иммигрантов, испытывающих трудности в освоении иврита, СМИ на русском языке превратились в основной мост, связывающий их с новым окружением» . Изначально газета с ее чем дальше, тем более многочисленными приложениями выходила еженедельно, потом появилось и ежедневное издание, впрочем, куда менее содержательное.
Массовая иммиграция 1990-х годов привела к беспрецедентному увеличению читательской аудитории и, как следствие, к расцвету рынка русской прессы в Израиле, и во второй половине 1990-х в стране одновременно выходило целых пять ежедневных газет на русском языке: «Вести», «Новости недели», «Время», «Наша страна» и «24 часа». К настоящему времени из этих пяти газет три вообще прекратили свое существование, а «Новости» вернулись к еженедельному формату; ежедневными остаются только «Вести». Процесс затухания русской прессы шел постепенно, но вектор этот остается неизменным на протяжении всего последнего десятилетия. На то есть много причин, из которых уместно выделить, как минимум, десять.
Во-первых, существенное сокращение темпов иммиграции, а также изменение ее характера. В первой половине 1990-х годов из Советского Союза в Израиль прибыли полмиллиона человек, значительная часть из которых представляла традиционно много читающую русско-еврейскую интеллигенцию из больших городов. В 2000 е годы темпы иммиграции сократились в разы: так, за весь 2010-й год в Израиль из бывшего СССР приехали всего семь тысяч новых граждан, и лишь крайне небольшое их количество прибыло из крупнейших городских центров. Регулярно читавшие газеты (а реже и журналы) люди старшего возраста, прибывшие в страну в ходе т. н. «алии 1990-х», постепенно уходят из жизни, но на их место не приезжают новые потенциальные потребители русскоязычной прессы… Показательно, с какими российскими изданиями сотрудничают в настоящее время израильские газеты: не только таблоиды «Эхо» (в него вкладывается дайджест «Комсомольской правды»), «Луч» (в него входит дайджест российского «Собеседника») и «Секрет» (вместе с ним читатель получает вкладыш материалов «Аргументов и фактов»), но и достаточно серьезная газета «Новости недели» не нашла себе лучшего партнера, чем бесконечно «желтый» «Московский комсомолец» . Израильские русскоязычные газеты работают не с качественными российским изданиями («Коммерсант», «Новая газета», еженедельниками «Новое время/New Times» или «Русский репортер» и т.д.), а с массовыми таблоидами, что отражает вкусы читательской аудитории, весьма отдаленно напоминающую столичную интеллигенцию.
Во-вторых, нельзя не отметить повсеместный переход на иврит молодежи, т.н. «полуторного» (приехавших в дошкольном и школьном возрасте) и второго (родившихся уже в Израиле в семьях новоприбывших) поколений выходцев из СССР/СНГ. Эти выросшие в Израиле за двадцать последних лет молодые люди, как правило, достаточно прилично владеют разговорным русским, но читать и писать им уже легче на иврите . Описывая исследование, проведенное ею среди русскоязычных подростков еще в 2001 году, Марина Низник констатировала: «С самого начала стало ясно, что иврит они знают значительно лучше, [чем русский]» . Не забудем о том, что за все эти годы в Израиле так и не возникло ни одной дневной школы, в которой бы обучение велось на русском языке. Обучение в школах и вузах ведется только на иврите, а всеобщий обязательный призыв в армию, где русский язык тем более не имеет никакого статуса, неизбежно формирует тенденции не дополняющего, а замещающего билингвизма. Для живущей в Израиле более 10–15 лет русскоязычной молодежи, и тем более для детей выходцев из СССР/СНГ, родившихся в Израиле, русский остается, в основном, языком для общения с бабушками, но не для чтения газет и журналов, что приводит к дальнейшему сокращению их читательской аудитории.
В-третьих, существенный удар по печатной прессе нанесло появление израильских русскоязычных телеканалов. 12 ноября 2002 года началось вещание канала «Израиль плюс» (в июне 2011 года его изначально десятилетняя лицензия была продлена Советом по кабельному и спутниковому телевидению еще на шесть лет), что привело к массовому перемещению читателей газет к телеэкранам. В 2003–2006 гг. успешно развивался и достаточно качественный блок израильских программ русскоязычного канала RTVi, деятельность которого, однако, была существенно сокращена после того, как в мае 2006 года Верховный суд удовлетворил иск канала «Израиль плюс» (руководство которого утверждало, что только они из всех русскоязычных каналов, транслирующихся в Израиле, подчиняются регуляционным ограничениям и потому имеют право транслировать израильскую рекламу). Однако существование на протяжении четырех лет двух русскоязычных израильских телеканалов нанесло очевидный удар по печатной прессе, а сокращение сети вещания канала RTVi привело к оттоку зрителей к другим телевизионным каналам, но не к их возвращению к чтению газет.
В-четвертых, израильская русскоязычная печатная пресса по неизвестным причинам не смогла адаптироваться к переходу в Интернет-среду. Можно спорить о том, должен ли сайт газеты или еженедельного журнала быть идентичным печатному изданию или должен строиться и функционировать несколько иначе, должны ли материалы появляться в сети одновременно с появлением печатной версии (или даже раньше – когда номер только уходит в типографию) или с некоторой задержкой – на все эти вопросы разные издания отвечают по-разному. Однако то, что у любого минимально уважаемого печатного СМИ должен быть приличный Интернет-сайт, сомнению не подлежит, и это очевидно как для российских газет (сайты имеют все – от качественных «Коммерсанта» и «Ведомостей» до таблоидов, подобных «Жизни» и «Комсомольской правде»), так и для израильской прессы на иврите и английском языке. Ряд периодических изданий уже полностью перешел в Интернет, отказавшись от печатной версии вообще. По причинам, не поддающимся разумному объяснению , ни одна из израильских газет на русском языке (и крупнейшие – «Вести» и «Новости недели», и все остальные), как существующих, так и выходивших в прошлом, не создали Интернет-сайта, вследствие чего эта ниша была занята игроками, не имеющими отношения к печатным СМИ. Порталы Newsru.co.il, Cursorinfo.co.il, Zahav.Ru, Mignews.com, IzRus.co.il и другие, становясь частью глобального русскоязычного Интернет-пространства , заполнили ниши, на которые могли претендовать, будь они представлены в Интернете, израильские газеты на русском языке.
В-пятых, из-за изменения социально-демографических характеристик читателей печатной прессы, она всё менее интересна рекламодателям, что бьет по ее и без того скудному бюджету. Люди молодого и среднего возраста, в настоящее время очевидно читающие новости в Интернете больше, чем в газетах и еженедельных журналах, из-за отсутствия у этих газет и журналов Интернет-сайтов оказались потеряны для печатной прессы. Будучи потребляемой почти исключительно пожилыми людьми, в большинстве своем не заработавшими в Израиле полноценной пенсии и живущими поэтому очень скромно, эта пресса существенно меньше привлекает рекламодателей. Как результат, общий бюджет газет и журналов существенно сокращается, что, в свою очередь, приводит к оттоку авторов, ухудшению изданий в целом, к дальнейшему уменьшению числа читателей и новому витку сокращений рекламных бюджетов. Как выйти из этого замкнутого круга – не ясно .
В-шестых, существенной проблемой общинной прессы является то, что за весь описываемый период не возникло ни одной газеты, которая бы находилась в собственности кого-либо из представителей самой русскоязычной общины (кроме израильской газеты на русском языке «Менора» – органе Всемирного конгресса бухарских евреев, которую финансирует Лев Леваев). Все израильские газеты на русском языке принадлежали и принадлежат или ивритоязычным израильским бизнесменам и издательским домам («Вести» – концерну «Едиот ахронот»; «Время» – группе «Миррор», а затем – концерну «Маарив»; свою газету на русском языке издавал в первой половине 1990-х и ныне уже не существующий издательский дом «Хадашот»), либо их российским коллегам (выходивший в 1997–2007 гг. еженедельник «Русский израильтянин» принадлежал «Московскому комсомольцу»). Для владельцев израильских русскоязычных газет и журналов всё это – не более чем бизнес, у них нет ни информационно-просветительских задач, ни стремления внести вклад в общинное строительство, которые как раз у многих работников этих изданий есть. В результате сотрудники нередко справедливо воспринимают редакционный менеджмент как враждебную надстройку, выражающую интересы социально чуждых доминирующих слоев, заинтересованную в максимизации прибыли за счет того социально менее благополучного слоя общества, к которому принадлежат сами журналисты и редакторы. Подобная атмосфера едва ли может способствовать формированию благоприятного климата в трудовом коллективе, приводит к текучести кадров, а также нередко становится причиной принятия решений, имеющих разрушительные последствия для дальнейшего развития того или иного издания.
В-седьмых, численность сотрудников русскоязычных газет и журналов была и остается крайне низкой в сравнении с ивритоязычными редакциями, однако ожидалось и ожидается, что объемы газет и журналов на русском языке будут сравнимы с ивритоязычными аналогами. Выпуски израильских газет в конце недели включают многочисленные приложения, доводящие общий объем издания до двухсот–трехсот страниц и даже более, и подготовить все это силой редакции из пяти–семи человек при почти отсутствующем бюджете на оплату труда привлекаемых извне авторов практически невозможно. Как результат, в израильских русскоязычных СМИ развилась, повсеместно поощряемая ивритоязычной администрацией «в целях экономии», практика масштабных пиратских перепечаток из российских, а также украинских, американских и западноевропейских изданий. В редчайших случаях данные перепечатки становились поводом для судебных исков: в феврале 2007 года суд Герцлии обязал концерн «Новости недели» выплатить российской компании «Ова пресс» (издающей журналы «HELLO!», «Интерьер+Дизайн» и т.д.) 285 тысяч шекелей за пиратскую перепечатку девятнадцати статей; в октябре 2010 года суд Ришон ле-Циона постановил, что газета «Вести» должна заплатить издательскому дому «Коммерсант» 230 тысяч шекелей за перепечатку более чем пятидесяти статей и т.д. Такие примеры, однако, единичны, и, как правило, все эти тысячи пиратских перепечаток оставались без правовых последствий; но вот реноме изданий они подрывали безнадежно.
В-восьмых, крайне низкие гонорары внештатным авторам в израильской русскоязычной прессе не позволяют ее редакторам заказывать статьи у успешных писателей, деятелей науки и культуры, которым публикация в «Вестях» или «Новостях недели» не нужна для каких бы то ни было своих целей. В 1990-е годы, когда литературно-художественное приложение к «Нашей стране» (в разное время оно последовательно называлось «Бег времени», «Знак времени» и «Звенья») редактировала Ирина Врубель-Голубкина, а литературно-публицистическое приложение «Окна» к газете «Вести» – Анна Исакова и Александр Гольдштейн, можно было говорить о том, что в «русском Израиле» существуют издания, в которых публикуются лучшие из возможных авторов. В последнее десятилетие ситуация принципиально другая: «Бег времени» давно уже превратился в малотиражный элитарный альманах «Зеркало», выходящий лишь 1–2 раза в год, а уровень «Окон» существенно снизился. Талантливые авторы печатаются в российских изданиях, где и тиражи, и гонорары в настоящее время, даже будучи относительно небольшими, существенно выше, чем в русскоязычных израильских СМИ. В результате интеллигентные читатели среднего возраста, покупавшие в первой половине 1990-х годов «Нашу страну» и «Вести», сегодня нередко читают своих любимых писателей, эссеистов и публицистов преимущественно в Интернет-версиях тех или иных российских изданий.
Надо сказать, что, вопреки прогнозам, практически никто из русскоязычных писателей и журналистов, даже прожив в Израиле два десятилетия и более, не перешел на иврит, на котором пишут почти исключительно молодые представители «полуторного» и второго поколений, чье становление как личностей произошло в Израиле. Наиболее яркий, но при этом едва ли не единственный, пример много и успешно работающей на иврите журналистки, выросшей в русскоязычной семье (ее мама – многолетний автор «Вестей» Татьяна Шрайман) – Наташа Мозговая, статьи которой с 2008 года на постоянной основе публикуются в газете «Ха’арец», хотя сама она все эти годы живет в США.
В-девятых, существенной проблемой является отъезд из Израиля целого ряда русскоязычных интеллектуалов, публицистов, а также перспективных медиа-менеджеров, возглавлявших в последние годы крупнейшие новостные издания и порталы России и Украины: Демьяна Кудрявцева (с января 2006 года – генеральный директор издательского дома «Коммерсант»), Антона Носика (с ноября 2008 года по март 2011 года – главный редактор и шеф-редактор портала деловых новостей BFM.Ру, в прошлом – один из руководителей Интернет-холдинга «Рамблер», первый руководитель сайтов Газета.Ру, Лента.Ру, NEWSru.com и ряда других), Альберта (Элиэзера) Фельдмана (с ноября 2009 года – генеральный директор компании «Digital Fly Ukraine», в прошлом – глава украинского Интернет-холдинга «Обозреватель») и некоторых других. В США уехали и наиболее перспективные журналисты молодого поколения, как вышеупомянутая Наташа Мозговая и Григорий Асмолов, и некоторые люди, возглавлявшие в Израиле различные издания. Леонид Школьник, в 1991–1999 годах работавший редактором ежедневной газеты «Новости недели» и ее еженедельного приложения «Еврейский камертон», затем переехал в США, где до ноября 2004 года работал главным редактором нью-йоркской газеты «Форвертс» на русском языке (после того, как газета была продана, Л.Б.Школьник основал американо-израильский Интернет-еженедельник «Мы здесь», а сам вернулся в Иерусалим). Виктория Мунблит, в 1998–2000 годах бывшая главным редактором газеты «Русский израильтянин», нашла работу в том же в качестве в газете «Вечерний Нью-Йорк». Отъезд значительного числа опытных и перспективных руководителей медиа-проектов стал значимым «гвоздем в гроб» израильской русскоязычной прессы.
В-десятых, в разы сократился интеллектуальный сегмент рынка печатной прессы, представленный традиционно очень уважаемыми в среде русской (и в том числе, русско-еврейской) интеллигенции «толстыми журналами». Расцвет этого сегмента пришелся на первую половину 2000-х годов, когда в Израиле на русском языке выходили журналы и альманахи «22: Москва–Иерусалим», «Иерусалимский журнал», «Зеркало», «Евреи в русском зарубежье», «Вестник Еврейского университета», «Новый век», «Время искать», «Nota Bene», «Еврейское образование», «Еврейский книгоноша», «Солнечное сплетение»… В настоящее время из этих одиннадцати изданий продолжают выходит только четыре первых, пятый («Вестник») выходит с периодичностью менее чем раз в год, тогда как остальные шесть закрылись вообще. Ни один из этих журналов и альманахов не достиг уровня самоокупаемости, их тиражи оставались в пределах тысячи экземпляров, вследствие чего прекращение поддержки издания со стороны тех или иных институциональных спонсоров практически неминуемо вело к их немедленному закрытию. К огромному сожалению, проекта, аналогичному «Журнальному залу» «Русского журнала», в Израиле не возникло, вследствие чего большая часть публикаций этих журналов в принципе недоступны в Интернете. У журналов «Новый век», «Nota Bene», «Вестник Еврейского университета», «Еврейское образование» и «Еврейский книгоноша» полноценных сетевых версий не было никогда (отдельные фрагменты или даже номера размещались то там, то здесь), тогда как сайты, на которых размещались номера журнала «Время искать» (портал ассоциации «Теэна») или альманаха «Евреи в русском зарубежье» (русскоязычный портал, созданный на платформе колледжа «Ораним»), были уничтожены постфактум в связи с прекращением оплаты услуг хостинга и веб-мастера. Из всей интеллектуальной периодики «русского Израиля» в Интернете представлены сегодня лишь журналы «22: Москва–Иерусалим», «Иерусалимский журнал», «Зеркало» и архив ныне не существующего «Солнечного сплетения».
Все перечисленные выше причины привели к существенному сужению поля израильской русскоязычной периодики. На сегодняшний день у нее еще остались какие-то читатели, но их число все время сокращается. По данным опроса, проведенного в мае 2009 Интернет-сайтом «Курсор», менее 50 процентов выходцев из бывшего СССР верят, что у русскоязычной прессы в Израиле есть будущее, причем треть считает, что она исчезнет уже в ближайшие десять лет (всего в голосовании приняли участие 3.212 респондентов, из которых 3.017 ответили на все вопросы). Лишь 2% респондентов сообщили, что ежедневно приобретает газету, 4% делают это 2–3 раза в неделю, а 31% – раз в неделю. Однозначно о том, что не покупают вообще газет, заявили 48% опрошенных . «Золотой век» израильской русскоязычной прессы остался в прошлом, и если не случится ничего экстраординарного, сравнительно скоро этот сегмент газетно-журнального рынка станет уделом специалистов-историков, изучающих иммигрантские сообщества, проходящие процесс аккультурации.

 

ФИО*:
email*:
Отзыв*:
Код*

Связь с редакцией:
Мейл: acaneli@mail.ru
Тел: 054-4402571,
972-54-4402571

Литературные события

Литературная мозаика

Литературная жизнь

Литературные анонсы

  • Внимание! Прием заявок на Седьмой международный конкурс русской поэзии имени Владимира Добина с 1 февраля по 1 сентября 2012 года. 

  • Дорогие друзья! Приглашаем вас принять участие во Втором международном конкурсе малой прозы имени Авраама Файнберга. Подробности на сайте. 

  • Афиша Израиля. Продажа билетов на концерты и спектакли
    http://teatron.net/ 

Официальный сайт израильского литературного журнала "Русское литературное эхо"

При цитировании материалов ссылка на сайт обязательна.