РУССКОЕ ЛИТЕРАТУРНОЕ ЭХО
Литературные проекты
Т.О. «LYRA» (ШТУТГАРТ)
Проза
«Эта книга не придумана, она остро пережита…»
Поэзия
ГРИГОРИЙ КОЧУР И ЕГО «ИНТИНСКАЯ ТЕТРАДЬ»
Публицистика
МАЛЕНЬКАЯ И… БОЛЬШАЯ СТРАНА
Драматургия
Спасибо Вам, тренер
Литературоведение
КИММЕРИЯ Максимилиана ВОЛОШИНА
Литературная критика
Новости литературы
Конкурсы, творческие вечера, встречи
"Земля Израиля и В.В.Верещагин"(ч.1)

Литературные анонсы

Опросы

Работает ли система вопросов?
0% нет не работает
100% работает, но плохо
0% хорошо работает
0% затрудняюсь ответит, не голосовал

"Земля Израиля и В.В.Верещагин"(ч.1)

Конкурсы, творческие вечера, встречи Галина Подольская

Галина ПОДОЛЬСКАЯ


ЗЕМЛЯ ИЗРАИЛЯ и В.В.ВЕРЕЩАГИН


Израиль – Николаеву


Израильское изобразительное искусство
в собрании Николаевского художественного музея
имени В.В.Верещагина

К 175-летию
со Дня рождения В.В.Верещагина


26 октября 2017 года исполнилось 175 лет со Дня рождения русского художника-баталиста В.В.Верещагина, чье имя с 2014 г. носит Николаевский художественный музей, автора всемирно известной Палестинской серии, созданной художником на основе его впечатлений от путешествия по Палестине конца XIX века.

Творчество Василия Васильевича Верещагина (1842–1904 гг.) – лакмусовая бумага изменений на политической арене своего времени. В.В.Верещагин объединяет нас глубинным отношением к ценности человеческой жизни и пониманием самоценности, которой обладает этнос каждой культуры мира, в данном случае – Земли Израиля.
Дружеские связи между Государством Израиль и Украиной и общее представление о роли искусства в мире легли в основу международного культурно-просветительского проекта «Земля Израиля и В.В.Верещагин», посвященного 175-летию со Дня рождения художника. Партнерами проекта выступили Объединение профессиональных художников Израиля, Николаевский художественный музей имени В.В.Верещагина, Украино-израильский центр образования, науки и культуры – структурное подразделение Уманского государственного педагогического университета имени Павла Тычины (UKRIS).

О ПРОЕКТЕ

В судьбах партнеров проекта есть нечто схожее – в том смысле, что все они появились по общественной инициативе, воплотив потребность людей быть единомышленниками, что достижимо, если цель – преобразование мира через культуру.
Судьба открытия музея в Николаеве – подтверждение тому. Это претворение в жизнь мечты, идущей от почитателей личности В.В.Верещагина – морских офицеров города у моря. Не просто великий художник – человек их стихии, образования и воспитания.
В семь лет мальчик был принят в Александровский Царскосельский малолетний кадетский корпус, боготворил героев Полтавы и Бородина. Спустя три года был переведен в Петербургский Морской кадетский корпус, в котором учились прославленные адмиралы Ф.Ф. Ушаков, И.Ф. Крузенштерн, П.С. Нахимов.
Испытавший на себе военную муштру и шагистику, он знал и славные боевые традиции, понимал цену трофеям – таким, как, к примеру, флаг с корабля, на котором П.С.Нахимов был в знаменитом Синопском бою. Это те детали, на которых духовно и эстетически воспитывался морской офицер. А первые заграничные плавания! В 1858 г. на фрегате «Камчатка» будущий художник побывал в Копенгагене, Бресте, Бордо, привезя из плавания запрещенные в то время в России сочинения А.И.Герцена. В 1859 г. на кораблях «Светлана» и «Генерал-адмирал» он плавал к берегам Англии, побывал на острове Уайт, в Портсмуте, Лондоне. Такое остается в памяти на всю жизнь…
Однако почин моряков Николаева не так-то просто оказалось осуществить, поскольку царская семья не очень жаловала В.В.Верещагина. Однако, благодаря поддержке Ильи Ефимовича Репина, открытие музея состоялось. Не суть важно, что поначалу это была лишь комната при военном ведомстве. Но музей открылся! И Лидия Андреевская-Верещагина, стоически продолжавшая дело покойного супруга, передала музею уникальные мемориальные предметы.
Так в истории организации музеев того времени появился прецедентный случай, когда художественный музей открылся не по месту рождения и проживания художника, не по национальности, не по вероисповеданию, а по инициативе зрителей – людей, по роду профессии знавших цену человеческой жизни, которая может оборваться в одно мгновение в бою.
«Сверх-художник» и «сверх-человек», – говорил о В.В.Верещагине И.Е.Репин, обращая внимание на роль его личности в обществе – притяжение, отталкивание и невозможность оставаться равнодушным. Не случайно среди своих русских современников В.В.Верещагин был самым известным в мире художником.
М.В.Нестеров писал о В.В.Верещагине: «Он весь был полон собой, своим прошлым и настоящим. Хотя и был он с головы до ног художник, но он был в то же время этнограф, военный корреспондент и прочее». Это то, что можно проследить даже по работам, имеющимся в собрании Николаевского художественного музея имени В.В.Верещагина. Это 58 живописных работ, среди которых немало этюдов к разным сериям. Это 19 работ графики. Это уникальные мемориальные предметы В.В.Верещагина, например, сундуки, в которых хранились костюмы французской армии для создания исторических серий об Отечественной войне 1812 г. – «Наполеон I в России» и «1812 год».
По наброскам, этюдам, картинам В.В.Верещагина в собрании музея можно убедиться воочию в том, насколько самобытен колорит тех мест, в которых В.В.Верещагин побывал в течение своей жизни. Для В.В.Верещагина было важным зафиксировать многогранность жизни и событийность своего времени.
Обладая кинематографическим мышлением, В.В.Верещагин создавал работы сериями, когда выставленные рядом картины, словно из кадров кино, визуально выстраивались в захватывающий фильм – с началом, завязкой, серединой, кульминацией, завершением, кодой. Каждая из работ имела историко-культурный комментарий, звучала музыка, поддерживая этнический колорит картинного ряда как неповторимого действа… Так художническое миротворение становилось миросозерцанием зрителя.
Будучи автором проекта «Земля Израиля и В.В.Верещагин», я опиралась на взгляды В.В.Верещагина об организации тематической экспозиции, чтобы сформировать коллекцию, родственную представлениям художника о содержательности предмета искусства.
В.В.Верещагин был убежден, что историко-культурный комментарий помогает познанию объектов, запечатленных художником. Эта позиция была взята за правило и при составлении каталожного издания «Земля Израиля и В.В.Верещагин. Израильское изобразительное искусство в собрании Николаевского художественного музея имени В.В.Верещагина». Впечатления должны стать знанием о мире, этнографический материал – подводить к человеку, который живет традициями и ментальностью своей земли. Так мы открываем культуру друг друга, сохраняя чувство собственного достоинства во всеобщем процессе глобализации искусства.
Проекты к юбилейным датам – не только хронометр развития мировой культуры, но и проверка на истинность того или иного явления в искусстве, испытание на жизнеспособность в новом времени. Проведение выставки работ израильских художников «Земля Израиля и В.В.Верещагин» в Николаевском художественном музее имени В.В.Верещагина и акция дарения всей экспозиции музею были задуманы к верещагинскому юбилею – 175-лению со Дня рождения художника.
Однако предтечей проекта, осуществляемого на протяжении нескольких лет, стала работа израильского художника Виктора Бриндача «У Ребе», поступившая в собрание музея в 2013 г. в преддверии 100-летия со Дня рождения Николаевского художественного музея имени В.В.Верещагина. По просьбе художника она была передана доктором Галиной Подольской на Международной Рериховской конференции в Одесском Доме-музее имени Н.К.Рериха, став первой ласточкой этого проекта.
В настоящее время в собрании Николаевского художественного музея имени В.В.Верещагина имеется 29 работ художников Израиля. В коллекции представлены этюды, портреты наших современников и собирательные образы, работы этнографического характера, пленэрные работы, запечатлевшие памятники архитектуры, пейзажи и ландшафты Земли Израиля, в «духовной памяти» которых остались следы маршрутов, проторенных В.В.Верещагиным. Ощущение шагов великого путешественника по этой земле вдохновляет новые поколения художников к собственному творчеству.
Израильские художники – выходцы из стран постсоветского пространства, чья жизнь волею судьбы оказалась связанной с Израилем, – почитают память о В.В.Верещагине и хотят открыть своим соотечественникам краски Земли Израиля с приметами нового времени – яркостью и живостью бытия. Это то качество, которое было воспринято ими от В.В.Верещагина, раздвинувшего географию изобразительного искусства благодаря желанию быть на местах, где творится история мира, его страсти к путешествиям и познанию земель, по которым ступает, а еще – желанию поделиться своими открытиями со зрителем. Все это в целом способствовало успешному формированию коллекции «Земля Израиля и В.В.Верещагин».
Согласно договоренности между партнерами, в 2014 – 2015 гг. в Николаевский художественный музей имени В.В.Верещагина поступили работы израильских художников Андриана Жудро, Анны Зарницкой, Аркадия Лившица, Анатолия Метлы, Анатолия Финкеля, Григория Фирера, Ильи Хинича. В Украине работы были доставлены директором Одесского Дома-музея имени Н.К.Рериха Еленой Петренко.
В мае 2017 г. профессором Наталией Цымбал, директором Украино-израильского центра образования, науки и культуры – структурного подразделения Уманского государственного педагогического университета имени А.Тычины, музею были доставлены работы Бориса Геймана, Иосифа Капеляна, Сергея Москалева и новые работы Ильи Хинича, Григория Фирера и Анатолия Финкеля.
В августе 2017 г. – благодаря участию Валентины Мызгиной, директора Харьковского художественного музея, в Николаев поступили работы Марины Андреевой, Александры Ильяевой, Вячеслава Ильяева, Александра Ищенко, Германа Непомнящего, Аркадия Острицкого, Макса Стучевского, Лилии Шошан, Александра Постеля (из коллекции доктора Г.Подольской).
Инициативность организаций Украины – Одесского Дома-музея имени Н.К.Рериха, Украино-израильского центра образования, науки и культуры, Харьковского художественного музея – объясняется профессиональными устремлениями, которые объединили и помогли израильской коллекции добраться до Николаева.
Тема «Земля Израиля и В.В.Верещагин» смыкается некоторыми гранями истории и с содержанием их музеев. Н.К.Рерих был организатором посмертной выставки В.В.Верещагина. Благодаря стараниям И.Е.Репина, самое крупное собрание произведений которого сосредоточено в Харькове, открылся Николаевский художественный музей имени В.В.Верещагина. Украино-израильский центр образования, науки и культуры – постоянный партнер Объединения профессиональных художников Израиля в организации благотворительной акции «Израиль – музеям Украины». В Харькове, Одессе, Умани, Киеве, Черкассах, Чернигове уже сформированы тематические коллекции, представляющие израильское изобразительное искусство. Это тот материал, который уже сегодня дает возможность музеям Украины организовывать передвижные выставки и создавать фестивальные проекты внутри страны.
Но вернемся к коллекции «Земля Израиля и В.В.Верещагин» в собрании Николаевского художественного музея имени В.В.Верещагина. Настоящий проект, как и другие израильские проекты в Украине, – благотворительный, согласно которому все работы израильских художников передаются в дар Николаевскому художественному музею имени В.В.Верещагина. Тематическая коллекция сопровождается выходом в свет культурно-просветительского издания «Земля Израиля и В.В.Верещагин» в серии «Израильское изобразительное искусство в музейных собраниях». Музей, в свою очередь, проводит выставку.
Итак, «Земля Израиля и В.В.Верещагин». Израильское изобразительное искусство в собрании Николаевского художественного музея имени В.В.Верещагина – проект, продолжающий традиции гуманистического искусства.

ЕВРЕЙСКАЯ ПАЛЕСТИНА

Василий Васильевич Верещагин был убежден, что «не учиться на живой летописи истории мира — значит, вырывать самые интересные страницы из книги своего бытия». Земля Книги Книг – живая летопись истории мира.
ПАЛЕСТИНА В.В.ВЕРЕЩАГИНА
В.В.Верещагин с симпатией относился к еврейскому народу и тщательно готовился к поездке в Палестину. Первые портреты евреев были выполнены художником в конце 1860-х – начале 1870-х гг. в период пребывания в Средней Азии, когда он делал первые зарисовки и эскизы к будущей Туркестанской серии. В некотором смысле образы евреев вошли в этот цикл случайно. Но все закономерное имеет свое случайное начало.
Итак, во время пребывания В.В.Верещагина в Самарканде первыми вестниками одного из назревавших в Средней Азии восстаний были евреи. Покинув свои кварталы, они появились в Самаркандской цитадели с семьями и утлым скарбом. Как знать, быть может, они-то и стали первыми портретируемыми особами для художника? Известно пять графических портретов среднеазиатских евреев, среди которых наибольшую известность получили работы «Евреи», «Мальчик-еврей», «Еврейка». К туркестанскому периоду относится и этюд «Евреи в Самарканде», на котором художник изобразил троицу беседующих друг с другом евреев. Все они одеты в халаты, в центре – раввин, к словам «хахама» прислушивается мальчик с длинными пейсами и высокий еврей в европейской шляпе. Местонахождение всех этих работ ныне неизвестно, возможно, их оригиналы утеряны или находятся у коллекционеров, предпочитающих о себе не заявлять. Разве что «Портрет молодой еврейки» с кольцом в носу и бусами на шее, рисунок 1867 г., находится в Третьяковской картинной галерее.
Но эти рисунки иллюстрируют скорее эпизодический интерес, который трансформировался в познавательную потребность после знакомства со В.В.Стасовым. В 1873 г. в Вене, на Всемирной выставке, В.В.Стасов впервые увидел поразившие его работы В.В.Верещагина. В 1874 г. состоялось их личное знакомство, перешедшее в творческую дружбу. Выдающийся историк искусства, художественный и музыкальный критик, В.В.Стасов был открытым сторонником народа Книги Книг. В 1869 г. в статье «Жидовство в Европе: По Рихарду Вагнеру» он одним из первых обратил внимание на нарождавшийся расовый антисемитизм. Свою точку зрения в защиту еврейства критик сформулировал в емкой формуле: «Нет искусства без национальности». В 1870-е гг. на страницах еврейской периодической печати В.В.Стасов опубликовал ряд статей по этому вопросу. Как историк искусства, В.В.Стасов был приглашен к обсуждению строящегося здания хоральной синагоги («По поводу постройки синагоги в Санкт-Петербурге», 1872). Он был почетным членом «Общества для распространения просвещения между евреями в России». Этнологические взгляды В.В.Стасова на еврейскую культуру, изложенные им в статье «Еврейское племя в созданиях европейского искусства», всколыхнули интерес В.В.Верещагина к Палестине. Но, помимо воспринятых эстетических установок В.В.Стасова, у В.В.Верещагина была и другая мотивация – собрать материал для задуманной им «Трилогии казней», одной из работ которой должна была стать картина «Распятие на кресте» (в завершенной трилогии она получила название «Распятие на кресте у римлян»). Все это в целом предопределило желание художника посетить Палестину, составив собственное представление о реальном бытии этого окутанного библейскими легендами края и реальных людях, проживающих на Земле Обетованной. «Для всех деятелей на поприще наук, искусств и литературы, для ученых, художников, литераторов и даже музыкантов, путешествия составляют хорошую школу, просто необходимость», – писал В.В.Верещагин. В тот период Палестина стала для него необходимостью! Да и можно ли «в наш век развития пароходства и железных дорог не пользоваться средствами передвижения?» – замечал В.В.Верещагин и тщательно готовился к этой поездке.
Вплотную к еврейской теме художник подошел во время путешествия в Палестину в 1883–1884 гг.. Земля Книги Книг захватила художника своим ориентальным колоритом, интерес к которому был очевиден еще в Туркестанской серии. Вместе с тем опорным маршрутом В.В.Верещагина, что естественно для путешественника того времени, было Священное Писание. Храмы, гробницы, руины, места легендарных событий... Ну, как без них обойтись?
В комментарии к работе «Гробница Авраама» В.В.Верещагин начинает с описания географического расположения могил патриархов, «Гробница Авраама… находится в Хевроне, одном из древнейших городов на свете. Здесь Авраама посетили три странника, предсказавшие ему рождение Исаака и гибель Содома и Гоморры. Тут же были погребены рядом с Саррой и Авраамом Исаак, жена его Ревекка и много других патриархов. Сюда же было перевезено из Египта набальзамированное тело Иакова, и, по всей вероятности, эта мумия еще и поныне хорошо сохранилась. Место это, где, несомненно, находятся могилы упомянутых лиц, пользуется глубоким почтением с незапамятных времен со стороны евреев, магометан и христиан. В верхней части находятся минареты позднейшего магометанского культа; только внизу, где камни почернели от времени, начинается стена времен Давида». Но далее с недоумением отмечает, что османами запрещено евреям и христианам посещать святыню. В.В.Верещагин рассказывает и о сложностях выполнения натурных рисунков в Палестине того времени: «Набросок сделан мною с крыши соседнего дома, позади гробницы; мне не удалось сделать более законченную картину, так как население здесь отличается страшным фанатизмом и смотрит на всякую попытку снять рисунок, как на осквернение святого города. Нас забрасывали камнями. Христианам редко дозволялось входить в мечеть (принц Уэльский был допущен туда в 1862 г.), а в самую пещеру никогда еще не было дозволено войти ни одному христианину. Раввин Вениамин (Биньямин из Туделлы), живший в двенадцатом столетии, утверждает, что он видел настоящие гробы патриархов».
Каждый из пейзажей В.В.Верещагин комментирует в соответствии со Священным Писанием, являвшимся в то время по сути единственным доступным источником, помогавшим организовать знания, почерпнутые художником о Земле Израилевой, а также понять основы иудаизма, на которые опирается культура евреев. Все это и помогло художнику выстроить собственный историко-культурный ассоциативный ряд. Мертвое море ассоциируется у В.В.Верещагина с судьбой Содома и Гоморры. Моавитские горы напоминают о миссии Моисея и о месте, откуда тот увидел Землю Обетованную. Находящийся на севере от Иерусалима древний Вефиль (Бейт-Эль) связывается с историей о Якове, увидевшем во сне лестницу, ведущую к небу. Самарийский Сихем интересует В.В.Верещагина как место, где находится Гробница Иосифа, Гора Радости – в связи с Гробницей Самуила.
В каталоге к Палестинской серии для выставки в «American Art-Gallery» В.В.Верещагин опирается не только на Священное Писание, но и комментирует свои работы, привлекая исторические источники, использует предания народов Ближнего Востока, не обходится и без замечаний в адрес османских законов, по которым живет Палестина, будучи провинцией Османской империи.
Для чего это было нужно В.В.Верещагину? Для того, чтобы, утолив духовный голод, создать собственную мифологему познаваемого им ближневосточного края, его культуры и народа. Путешественник и художник – сущностные составляющие личности В.В.Верещагина, в которых зрительные впечатления и познание увиденных мест стали не только предметом изобразительного искусства, но и историко-культурным документом эпохи.
В Палестинскую серию входит около 120 работ, при этом за время путешествия по Земле Обетованной художником было написано около 50 этюдов этнографического характера – с видами природы, памятниками библейской истории, портретными типажами еврейского и арабского населения, жанровыми зарисовками, характеризующими быт и традиции коренных народов и тех, кто пришел паломником на Землю Обетованную. Иначе говоря, в Палестине, как всегда и везде, В.В.Верещагин был верен себе – рисовал все, что само просилось быть запечатленным. Среди рисунков того времени – немало портретов евреев, которые как раз в это время в больших количествах стали прибывать в Палестину. Наиболее известен «Портрет еврейского раввина (Раввин из западных губерний России)». «Евреи, особенно пожилые, – замечает В.В.Верещагин, – приходят в громадном числе в Святой град, чтобы провести здесь остаток своих дней и быть похороненными в долине Иосафата, откуда, по их верованию, они будут призваны ранее других к будущей жизни». Профессиональный наблюдатель, В.В.Верещагин точно сформулировал демографическую ситуацию в ближневосточной столице в связи с растущим сионизмом. Он увидел воочию, как в этом крае отозвались еврейские погромы, прокатившиеся по Российской империи в 1882 г.: «Еврейское население сильно возросло за последние годы. Турецкое правительство не на шутку встревожилось этим еврейским нашествием и поэтому воспретило евреям оставаться на Святой Земле более 30 дней и селиться здесь».
Палестинская серия вызывала жаркие споры среди современников (к этому мы вернемся ниже). Но независимо от места проведения выставки картине «Стена Соломона» сопутствовал неизменный успех. Побывавший на вернисаже Палестинской серии в Вене композитор Ференц Лист с восторгом отмечал: «Верещагин –…больше чем талант: это гений, он всегда поражает нас неожиданностью… В числе написанных им видов Палестины самая замечательная картина изображает стену Соломонова храма, у которого евреи оплакивают падение Иерусалима. Здесь каждый камень списан с натуры, а группы евреев так реальны, что им должен позавидовать сам Мункачи, лучший специалист по изображению еврейских типов…».
История подтвердила, что в этом произведении из множества характеров В.В.Верещагину удалось создать собирательный образ еврейского народа у его святыни, символизирующей духовное единение нации. «Евреи словно приносят к этому месту все свои горести и несчастья», – замечает художник. Для рассеянного племени Стена Плача – это связь времен и поколений иудеев. Далее В.В.Верещагин продолжает: «Едва ли можно увидеть что-либо более трогательное. Евреи обоего пола и всякого возраста приходят сюда со всех частей света молиться и плакать с громкими рыданиями, буквально омывая слезами своими священные камни. По пятницам место это битком набито народом, стекающимся сюда из Палестины, Средней Азии, Индии, Европы, в особенности из России, – все пришедшие молятся самыми жалобными звуками, ударяя себя в грудь, раскачиваясь всем своим телом или неподвижно склоняясь к камням и плача, плача, плача!». Убежденный в действенной силе исторической достоверности в произведении искусства, В.В.Верещагин комментирует каждый камень: ««Стена Соломона» – шесть нижних рядов этих великолепных камней, несомненно, относятся к временам Давида и Соломона, следующие ряды приписываются Ироду, а верхний и самый меньший ряд принадлежит к магометанскому периоду. Та часть великой стены, которая окружает храм, называется «местом сетований», потому что евреи в давно прошедшие времена имели обыкновение приходить сюда – сначала в годовщину разрушения Иерусалима (уплачивая при этом тяжелый налог мусульманским властям), а в позднейшее время столько раз, сколько хотели, – оплакивать свое прошлое величие и нынешнее рассеянье по белу свету».
Далее текст художника переходит в мозаику сюжетов о каждом из героев его картины: «Приближается женщина нетвердою поступью, бросается на стену и задыхающимся голосом умоляет Бога возвратить ей ее умершего ребенка <…>. Дальше два еврея, уставшие молиться, болтают о делах: «Ну, что, купили? Сколько заплатили? О, это слишком дорого…» После подобного перерыва снова принимаются молиться и рыдать. Вот сидит старый раввин в уголку на камне и с глазами, полными слез, читает: «О Боже! Язычники вторглись в Твое достояние; они осквернили Твой Храм; они разрушили Иерусалим <…>. Мы сделались позором для наших соседей, посмешищем для всех окружающих нас народов <…>. Долго ли это продолжится, Господи? Будешь ли Ты на нас гневаться вечно? Будет ли Твоя ярость гореть, словно огонь?» (Псалмы 79:1–5)».
Каждый из героев – с молитвенником в руках. Но шелест губ сливается в эпический диалог между человеком и Всевышним. Как в античной трагедии, хором здесь выступает народ, а Стена Соломона уподобляется чтецу, которого слышит каждый из участников хора. Обратимся к выразительному комментарию В.В.Верещагина, преобразовавшему стихи псалма Давида в диалогическую форму: «Нередко здесь поется нижеследующее:
Чтец: Потому что дворец опустел.
Народ: Мы сидим одинокие и плачем.
Чтец: Потому что храм разрушен,
Потому что стены сломаны,
Потому что величие покинуло нас,
Потому что драгоценные камни храма обратились в прах.
Потому что жрецы наши заблудились и сбились с дороги,
Потому что цари наши пренебрегли заповедями Бога.
Народ: Мы сидим одинокие и плачем.
Чтец: Умоляем Тебя, умилосердись над Сионом.
Народ: И собери вместе сынов Иерусалима.
Чтец: Поспеши, поспеши, освободитель Сиона!
Народ: Говорите о мужестве Иерусалима.
Чтец: Да облачится Сион в благолепие и величие.
Народ: Покажи милость Иерусалиму.
Чтец: Да покажи, Сион, снова своих царей.
Народ: Утешь тех, кто оплакивает Иерусалим.
Чтец: Да возвратится мир и веселие в Иерусалим.
Народ: Да произрастут и да расцветут Иерусалимские розы».

ПРОСТО ЕВРЕИ

В коллекции «Земля Израиля и В.В.Верещагин» представлено шесть портретных работ, дополняющих мозаику сюжетов из жизни еврейского народа и его характерных представителей. Особняком стоит работа Аркадия Острицкого «В.В.Верещагин в Иерусалиме», которую можно рассматривать как образный мост между нашими эпохами и очевидностью, с которой В.В.Верещагин вошел в историю культуры, как творец всемирно известной картины «Стена Соломона».
По словам израильского художника, он стремился дать «ретро-взгляд на событие и автора со стороны и сквозь века. В.В.Верещагин у Стены Плача занят зарисовками. Хотелось передать живой взгляд художника и иерусалимский особенный яркий свет». Аркадий Острицкий изображает В.В.Верещагина на фоне его картины «Стена Соломона», но по цвету делает ее чуть-чуть светлее (по колориту это напоминает о пристрастии В.В.Верещагина к белилам), что дает ощущение некоторой дистанции по времени – от момента зарисовок к воплощению на грандиозном полотне и представлению картины на вернисаже. В этой связи понятно, почему автор Палестинской серии у Аркадия Острицкого одет не как путешественник по земле Книги Книг, а согласно стилю изменчивой моды конца XIX в., – с алым в крапинку шейным платком, завязанным в виде банта, словно на собственной выставке. Аркадий Острицкий – автор диптиха о В.В.Верещагине в столицах Востока. Его картина «В.В.Верещагин в Самарканде» находится в Государственном музее истории культуры Узбекистана. С Туркестанской серии начался интерес В.В.Верещагина к Большому Востоку, который из Центральной Азии через Индию привел художника на Ближний Восток, дав возможность создать великую картину о Стене Иерусалимского храма.

Работа Андриана Жудро «Портрет старого еврея» стилистически сродни образам эпических пророков, видевших свою миссию в единении колен Израилевых во имя сохранения нации и святого Иерусалима как ее символа. Перед нами – характерный типаж такого избранника, чьи откровения помогают объединить народ и вести за собою, чтобы воплотить Божественный замысел: «Восстань, восстань, облекись в силу твою, Сион! Облекись в одежды величия твоего, Иерусалим, город святой!» (Ис.52: 1).
И Сион явил это величие. В городе Стены Плача живут его миряне, образы которых продолжают ситуативный ряд, намеченный В.В.Верещагиным в «Стене Соломона», дополняя новыми сюжетами и историко-культурными контекстами.

Истории о мудром Ребе – один из традиционных дидактических жанров еврейской литературы. Работа Виктора Бриндача «У Ребе» напоминает об этом жанре в живописи, художественно организующем представление об опыте выживания нации в местах рассеяния, поскольку в еврейских местечках люди от мала до велика за советом всегда шли к Ребе. На картине израильского художника в гостях у ученого мужа – любознательный мальчик. Мир велик, прекрасен, непонятен, и все в нем интересует любознательного мальчика. Не исчерпать мудрости Торы, полученной Моше на горе Синай. В ней Ребе находит ответ на любой из вопросов ребенка, поясняя, что благочестивые слова ничего не стоят, если не подкрепляются добрыми делами! Наверное, об этом тоже полотно Виктора Бриндача «У Ребе»? Подобно тому, как В.В.Верещагин любил этнические детали, давая возможность зрителю погрузиться в культуру мира, в котором живут его герои, Виктор Бриндач любовно прописывает каждую деталь костюмов и интерьера дома. Дом Ребе полон тепла своего владельца и света, заключенного в познании. Библиотека с книгами в удивительных переплетах воплощает духовную культуру, хранителем которой является Ребе, передающий свои знания ребенку, – культуру, в которой заложены приоритеты самосохранения и развития.
В еврейском жизненном укладе заложены основы поведения человека, начиная с детства. Картина Иосифа Капеляна «Школа в местечке» иллюстрирует еще одну из страниц истории восточноевропейского еврейства, связанную с воспитанием и образованием подрастающего поколения. Не эти ли мальчики, возмужав, стали первыми поселенцами в Эрец-Исраэль? Волну репатриантов 1882 – 1903 гг. в истории Израиля принято называть первой алией. Во время своего путешествия по Палестине В.В.Верещагин был свидетелем этого движения, ставшего предтечей будущего Еврейского Государства.
На протяжении развития истории изменялся и род занятий евреев. И, тем не менее, в еврейской культуре сложились определенные стереотипы о традиционных специальностях. На полотне «Иерусалимский ткач» Лилии Шошан мы видим одного из представителей традиционной еврейской специальности. Работа написана в мягких нейтральных тонах. Излюбленный для ориентальной архитектуры арочный проем в дизайне интерьера. Взгляд сосредоточен на последних штрихах ритуального покрывала. Ермолка на голове ткача словно серебрится. Быть может, и сегодня есть такие ткачи? Но по духу работа словно обращена ко временам создания Государства Израиль.

В декоративной работе Александра Ищенко «Семь сорок» – танцующий еврей. Хитрый взгляд, пухлые губы напевают знакомый мотив. Праздничный синий сюртук. Белые чулки. Пейсы развеваются, как цицит, а цицит, как пейсы. Тонкие пальцы характерным жестом придерживают раздувающиеся проймы жилетки. Трепещет «талит катан» с синими полосками по низу накидки. И вторят в такт движениям еврейского танца беззаботные кисточки белого талита. Сегодня еврей веселится так, что дома еврейского квартала Старого города стали синими, бирюзовыми, фиолетовыми, желтыми, оранжевыми. Не иначе как Симхат Тора! Ну, а завтра пойдет к Стене благодарить Всевышнего за нынешний счастливый день! Вот такая еврейская открытка!

Израиль – историческая родина евреев мира, которые приехали сюда, чтобы построить Еврейское государство, привезя с собою то, что восприняли в странах диаспоры. Здесь смешались почти все расы, множество культур и религий в процессе создания новой израильской нации. Само по себе этническое происхождения израильтян определяет лишь исходные физические данные – цвет кожи и волос, особенности черт лица, конституции. Окончательный внешний облик формируется одеждой, головным убором, прической, манерой держаться. На полотне Александры Ильяевой – наша современница. Затейливым белым тюрбаном повязан белый платок, бедуинская блузка ручной работы. Смуглая кожа, выразительные черты лица, волевой характер, в котором сила и уверенность в завтрашнем дне Израиля.

Таковы портретные страницы Книги Еврейского Бытия у В.В.Верещагина и нынешних художников Израиля.
 

ФИО*:
email*:
Отзыв*:
Код*

Связь с редакцией:
Мейл: acaneli@mail.ru
Тел: 054-4402571,
972-54-4402571

Литературные события

Литературная мозаика

Литературная жизнь

Литературные анонсы

  • Дорогие друзья! Приглашаем вас принять участие во Втором международном конкурсе малой прозы имени Авраама Файнберга. Подробности на сайте. 

  • Внимание! Прием заявок на Седьмой международный конкурс русской поэзии имени Владимира Добина с 1 февраля по 1 сентября 2012 года. 

  • Афиша Израиля. Продажа билетов на концерты и спектакли
    http://teatron.net/ 

Официальный сайт израильского литературного журнала "Русское литературное эхо"

При цитировании материалов ссылка на сайт обязательна.